У Данелии Яковлеву очень хотелось сняться. Давно, много лет назад «Комсомолка» рассказывала, что Яковлев лежал в  больнице, когда Данелия позвонил ему и спросил, скоро ли он выписывается. «А что?» «Да вот, хочу вас в своем фильме снять».

«Ну, раз такое дело, завтра выпишусь!» Снимали в Каракумах, в 6 утра группа выезжала в пустыню, надо было успеть, пока песок  не нагрелся до 90 градусов.

Яковлев признавался, что до конца не понимал «о чем этот фильм». Но, похоже, этого никто не понимал, кроме Данелии и сецнариста Реваза Габриадзе. «Мы приезжали со съемки, Данелия и Габриадзе запирались в номере и за ночь переписывали текст. И порой он оказывался совершенно противоположным тому, который мы уже выучили,» — рас11сказывал Инопланетянин Би Яковлев.

Зато с коллегами общаться было просто: слово «ку», заменяющее чатланам и пацакам все слова, прочно вошло в лексикон съемочной
группы «Кин-дза-дза». «Съемки оказались труднейшими, — говорил Яковлев, — От аэропорта мы еще ехали 300 километров в пустыню.

На три дня прилетали, улетали, потом опять на три дня». Съемочную группу преследовали неприятности — то в тюрьму-эцих (помните, «эцих с гвоздями»?) пьяный водитель въедет, то ураганом декорацию «корабль в песках» разнесет, то ракета, приготовленная для съемки, в неурочное время взорвется, то пепелац  вместо Небит-Дага на Дальний Восток отправят. В общем, жители далекой галактики Кин-дза-дза были категорчески против, чтобы о них снимали кино и всячески пакостили людям.

Когда фильм вышел на экраны, народ слегка офигел. Было ясно, что кино сложное и полюбить его с наскоку, как мимимишное «Мимино» невозможно. Яковлев признавался, что был разочарован и в режиссере, и в себе.

Но время, оно же не только заносит песком пепелацы и колеса обозрения, оно еще и аккуратненько расставляет по местам людей и явления. «Кин-дза-дза», «Иван Васильевич», «Ирония судьбы», «Идиот», «Гусарская баллада», «Анна Каренина», Юрий Яковлев. Они теперь навсегда там, куда их вознесло.






Также по этой теме: